- Вроде взрослый, а глу-пый-й.
А Романа начало бросать от избытка чувств в крайности.
- А может тебе надо срочно в консультацию?
Она силилась улыбнуться, получалось смешно, оттого, что его ладони закрывали края губ.
- Какая консультация? Ещё ничего точно не известно.
- Ну, может, витамины какие попить для поддержки?
Но тут он вспомнил о произошедшем накануне и враз посу- ровел лицом и сердцем.
- Так, с этого момента никакого алкоголя и сигарет. Суровость сердца требовала таких же действий. Он стре-
мительно поднялся, дотянулся рукой до подоконника, угрёб в ладонь пачку сигарет, сильно смял её пальцами, потом обошёл стол, открыл окно и вышвырнул в ночную зимнюю стылость.
- Всё, больше ты не куришь. Улыбка её таяла.
- Ром, ну нельзя же так сразу.
— Можно, только сразу и можно. Я курил почти двадцать лет и бросил в одночасье.
- Тогда научи меня.
- Не знаю, годится ли тебе этот способ. Я сколько раз про- бовал и не мог, а потом решившись, дал слово Господу не ку- рить, а это слово нарушать нельзя, с тех пор и не курю.
- Ну-у-у, я так не смогу.
Он понимал: на неё надо воздействовать сильно и тем, что ей дорого, только тогда можно будет сломать вредную, но очень цепкую привычку.
- Вот што я решил. Если ты хоть раз закуришь или выпьешь хоть грамм, то в этот же день собираешься и уходишь к себе.
Смысл сказанного доходил до неё не сразу и отражался на лице горькой обидой.
- Ты так сможешь поступить со мной? Я же твоя жена!
- Я смогу так поступить, потому что не хочу иметь по твоей вине больного ребенка.
Роман старался говорить непреклонно, но при этом точно знал, что поступить так не сможет.
- Но я же без тебя сдохну просто-напросто от безысходно- сти. Или сопьюсь.
Роман сделал шаг от окна к ней и наклонился.
- Так вот, штобы этого не случилось, ты больше не пьёшь и не куришь. Ты сможешь, ты сильная, просто ты сама ещё этого не знаешь.
Он гладил её по щекам ладонями, касаясь пальцами кончи- ков губ.
- Пойми, в тебе человеческая жизнь, в тебе наш ребёнок, нельзя же травить его с самого момента зарождения.
Задрожали под пальцами концы губ.
- Да может, я ошиблась.
- Ничё ты не ошиблась, я уверен, он уже есть, он живёт, и пойдем-ка в постель, хватит нам тут сидеть.
В постели он рассказал ей о своих планах относительно Глеба.
* * *
Ильичу позвонил утром, было невтерпеж, но когда пошли гудки, подумал, не слишком ли рано тревожит человека, в девя- том часу зимой да в праздничные дни многие ещё досматривают сладкие утренние сны. Но Ильич взял трубку. Роман напросился в гости,
