- ких отдельных хохлов или москалей, есть один великий русский народ, он состоит из, скажем так, родов, как могучее дерево, имея общий ствол, состоит ещё и из кроны, куда входят боль- шие и малые ветви. Три основных рода: великорусский, мало- росский и белорусский сейчас и составляют русский народ. И мы так проросли друг в друга, што нас не разделить, а можно только разрубить по живому. Вот нас Америка и рубанула по са- мому болезненному. Пока мы могучую державу дербанили, по конурам растаскивали, они целенаправленно работали, возро- ждали бандеровщину. Украину в Европу сманивали, побрякуш- ку в красивой обёртке показывали. Народ, он же в массе стадо овец, он не способен думать, он способен только жрать-пить и извергать поглощённое, переработанное в отходы.
Он говорил ей, а сам в процессе речи доосмысливал суть происходящих событий, норовил заглянуть в самую корневую систему.
- Вот вбили в головы молодого поколения, што «Украина– цэ Европа», да нет, даже не только молодого, а многим на Укра- ине, особенно в Киеве, Харькове и других больших городах, где много интеллигенции и коммерсантов, и вот уже чуть ли не вся Украина готова ради кажущегося изобилия предать наше еди-
нородство. Да, именно, единородство и первородство русское и православное они предают!
Однако вся история человечества буквально кричит о том, что предательство духа ради брюха кончается гибелью, снача- ла духовной, главной, а тело с мертвой душой нежизнеспособ- но.
Роман вдруг понял, он прямо сейчас нашел корень всех бед Украины, особенно предстоящих, грядущих. Вспомнились библейские сюжеты о сыновьях Исаака, Иакове и Исаве, о про- даже Исавом своего первородства брату за хлеб и чечевичную похлебку, о благословении Иакова отцом вместо Исава, совер- шённое обманом. Всегда, во все времена первородство цени- лось выше материальных благ, ибо оно означало верховенство духа, а следовательно, давало власть.
Он не заметил, что замолчал, задумался и решил потом проследить генезис предательства. Полина вернула его к дей- ствительности, поерошив кудри:- Эх ты, философ ты мой до- морощенный. Пойдем-ка поужинаем чем-нибудь.
- А, да-да, пойдем. Послушай, што ещё скажу. Вот если через пару дней народ не спалит к чертовой матери этот май- дан, то он приведёт к большой крови. Тогда, значит, большая часть киевлян так или иначе поддерживает бандеровщину, если стерпят, получается, што нет у них внутреннего отторже- ния. А бандеровщина – это, пожалуй, одна из самых свирепых разновидностей национализма. Если его не задавить щас, в эм- брионе, он вырастет и придет к нам. А ты говоришь, што это не наша головная боль. Наша, наша, её если не излечить, как бы потом без головы не остаться.
Поля встала.
- Да пошли есть, хватит
