— Толя, ты мне денежков дашь хоть сколько?
— А сколько тебе, полтинника хватит?
— У-у, за глаза. С таким щедрым дядькой я готова всегда.
— А все же, чем ты в жизни занимаешься?
— А ничем.
— Как это, вообще ничем?
— Абсолютно.
— А живешь на што?
— Да находится, вот ты дашь, потом у матери перехвачу. Как она тебе, кстати?
— Кто?
— Ну мать моя?
— Откуда я знаю, как она, я ее не видал ни разу.
— Как это не видал, Иван разве не с ней был?
— Это твоя мать?
— Да, ну и как она тебе?
— В каком смысле?
— Ну, как женщина?
— Я ее видел-то пять минут, но ,вроде, приятная женщина.
— Я тебя очень прошу, Толя, не западай на нее, если хочешь, чтобы я с тобой встречалась, ладно?
— Я вообще не врублюсь, об чем речь.
— Я тебе объясню. Тут такое дело. Моя мать замужем, он богатенький, у него хата большая, мы там все жили, мать с Маньшей и щас там живут. Все вначале нормально было, а потом он ко мне стал подкатываться, я матери рассказала, а той пофигу, зато мне не пофигу и я ушла. Мать-то сама любит на стороне потрахаться, а если муж узнает, он ее выгонит, и им с Маньшой придется опять в секцию идти. Вот я ее и пасу, а то она, бывает, на моих клиентов кидается.
— Так седня она с Иваном!
— Ну, а я че тут сделаю. Мы с ним вчера здесь были, он бухалово принес, пожрать, сидели, балдели и тут она приперлась. Я пока на кухне была, туда-сюда, прихожу, а она уже под него мастырится. Хоть ты с ней не связывайся, ладно?
«Опять я влипаю в семейный разврат.»
— Да не собираюсь я.
— Буду надеятся, я-то тебе понравилась?
— Да. Ты бы хоть какие табуретки завела, сесть не на што.
— Зачем они мне? Ты домой?
— Да.
— Я тебя провожу, все равно делать нечего.
Снег не перестал, мягкие лапки мохнатых снежинок нежно щекотали кожу.
— Можно, я тебя под руку возьму?
— Пожалуйста, бери.
— Вот так, мы как солидный муж с молодой женой.
— Точнее, как отец с дочкой.
— Не, так не хочу, как муж с женой. Давай закурим еще, а то остановка уже близко.
— Разве молодые жены солидных мужей шмалят сигареты?
