Паша отправлял их к завхозу, говоря, что тот все решит, постепенно отстали.
В свою бригаду в начале часто заходил, но потом освободился Вовка Насон, позднее Цыган, из товарищей один Петро остался и тот захандрил.
Заходит Паша, Петька лежит, руки за голову закинуты.
– Здорово, Петь, подвинься, присяду.
– Привет.
– Ну, и чего лежим, какую думу обсасываем?
– Да так, тоска и пустота. Чем ближе свобода, тем больше пустоты.
– Сколько же можно об одном и том же талдычить? Я тебе предлагал заочнице написать, вон Вовка Насон прямо с поезда к своей заедет, глядишь и женится. Свет в точку сошелся на твоей жене?
– Паша, все, завязывай, давай о чем другом.
«Вот и поговори с ним, дураком упрямым».
∗ ∗ ∗ ∗ ∗
Вечерком весенним в кабинете статистика, свой кабинетик, растем-с, заглянул кум, тот самый старлеха, который приходил в больничку.
– А, Зотов, представь я рад видеть тебя в добром здравии.
– А вот Вы не представляете, гражданин-начальник, меру моей радости от встречи с Вами. Прямо сердце обмирает от счастья, как бы совсем не замерло.
– Ценю, Павел Федорович, ваш юмор, весьма искусно камуфлирует иронию или издевку. Что точнее?
– А если симбиоз? При желании из него можно вырастить гротеск.
– Трудно мне в этом с Вами состязаться. Вы же вроде учились на химическом факультете, откуда же эти литературные изыски?
– Абсолютно справедливо, я учился на химфаке, но множество книг прочитанных и много своих мыслей дают определенный результат.
– Неудобно здесь беседовать, давайте пройдем в мой кабинет. Он здесь же на этаже, в другом крыле.
– Как вам будет угодно.
Закрыл кабинетик, шел за кумом. «Губы у него тонкие и твердый подбородок волевой и хитрый, будет склонять к стукачеству. Пока он не взял быка за рога, надо рогом боднуть.» Тоже невеликий кабинетишка, стулья обок стола, хозяин прошел за него.
– Гражданин-начальник, позвольте узнать Ваше имя, отчество.
Губы помяли одна другую, здесь лицо строже.
– Вообще-то не положено, а звать меня Сергей Федорович, по отцу мы тезки.
– А я обращусь так, чтобы не нарушить лагерную субординацию. Гражданин -начальник Сергей Федорович, я просил бы разрешения предварить нашу беседу некоторым вступлением. Разрешите?
– Пожалуйста.
– Цель беседы светится на Ваших погонах. А потому заявляю сразу, что работать я на Вас не буду, на должность эту не рвался, готов вернуться в отряд свой и в изолятор готов. Чем еще пуганете?
Сергей Федорович неожиданно громко рассмеялся.
– Честное слово, Зотов, с тобой очень интересно общаться. А вот скажи, коль ты такой умный, почему ты так шарахаешься от сотрудничества с нами, ведь дело-то благое – борьба с лагерной преступностью, ты же сам пострадал.
