Перед работой, утром ввалился в секцию в лохматой шапке и длинном тулупе, сначала здоровался с парнями, потом подошел, сел на койку.
– Привет. Как живешь-то?
– Нормально. Ты как?
– О, у меня все тип-топ. На, вот, тебе принес.
Достал одну за одной пять синих пачек «ТУ-134».
– Вова, зачем, у меня есть курево.
– Бери, Пашка, бери, у меня калымы есть, денежки водятся.
– Ну, спасибо, коли так.
– Теперь слушай. Я об тебе базар имел с завхозом зоны.
– О, высоко та птица летает.
– Ты не каламбурь, а слушай.
– Я весь внимание.
– Ты же учился в Университете?
– Да, учился.
– Ну, так вот, он берет тебя статистиком зоны.
– Статистов знаю, статистиков не имел чести знавать. Конкретно, што делать?
– Будешь переводить из отряда в отряд и даже между бригадами и вести учет всех зэков зоны.
– Агромаднейшие возможности и широчайшие горизонты – все передо мной.
– Пашка, не придуряйся, я тебя так расписал, Валентин, это завхоз, загорелся тебя взять. Прежний завтра освобождается.
— Вован, я тебе благодарен за хлопоты, но надо будет переходить в первый отряд, в хозобслугу и вступать в СВП, а я этого не хочу. Веретено мог бы подтвердить, как я этого не хочу.
Носяра сбился с прямолинейного курса и щеку потянул, значит, Вовка впадает в сердитость.
– Ты в натуре дурак што-ли? О, Петя, Петь, хоть ты скажи ему.
– Я слышал. Пашка, херней не майся, иди раз зовут. В СВП может и не потянут, зато работа по тебе и по УДО уйдешь.
– Да не хочу я никакого условно-досрочного освобождения.
Вовка Насон присоединился, потом Цыган. И укатали товарищи и сам был не против сменить обстановку. В обед забежал в штаб Валентин Павлов даже в зэковской обмундировке смотрелся элегантно. Высокий, плотный и полногубый мужчина с седеющей короткой стрижкой.
Недолог разговор, видимо, все решено. Не скрепя сердце, а скрипя сердцем перешел Павел в первый отряд. С первой тюрьмы впечатления о хозбанде неприятные остались, но, как говорится, не место человека красит, а наоборот. И мысль утешала, что никакого отношения ни к шмутью, ни к жратве он иметь не будет. В жилой секции первого отряда просторно, широкие проходы, койки в один ярус, занавески в цветочках на окнах.
В штате завхоза их четверо: он, два посыльных, Вовка и Рома, и шнырь Петрович.
Валентин посвятил в обязанности, сложного ничего, первым практическим занятием был перевод самого себя из десятого отряда в первый. Несколько дней приводил картотеку лагеря в порядок. Все действия четко определены и отработаны. Ему приносят, подписанное двумя завхозами и двумя же командирами отрядов заявление, он пишет приказ о переводе, Валентин подписывает сам и отдает на подпись заму хозяина, в результате карточка переводимого с фотографией и данными перекладывается в другое место хранения. По первости блатные приходили с просьбой за чай и сгущенку перевести нужного человечка.
