Приехал Генка, а в Пашкиной комнате койка пустует, Серега, геолог, почти не бывает в общаге. С Пашей в комнате теперь жили Витька- певец и кудрявый Вадим, оба не поступили и работают в университетской стройбригаде.
Здесь, на этаже Пашка и столкнулся случайно с Танькой. Знал ее по Ленина, 49, клинышки подбивал, бесполезно. Танька яростно красива лицом плюс длинные черные волосы, резко рельефная фигура, упитана, но не чрезмерно, когда все оплывает.
– Здравствуй, Танечка.
– Привет, Паша.
– Какими судьбами здесь?
– В гости к подружке приехала.
– Пошли к нам, у нас вина море.
– Пойдем.
Паша завел ее к себе, за столом вся компания: Генка, Вадька и Витька.
– Знакомьтесь, хлопцы, первая красавица Ленина, 49, Танечка.
– Паша, не комплиментируй, я смущаюсь.
Все кинулись угощать гостью. Посидели, попили изрядно. Генка вызвал Пашу в коридор:
– Паш, ты парней уведи и сам с ними побудь, я ее укатаю.
– Гена, ты не знаешь Таньку. Хитрая особа. Парни приезжают с калыма, денег полно, зовут ее в ресторан, ну, в надежде на дальнейшее, а она посидит, попьет-поест, потом вроде в туалет и сматывается. Сколько раз так делала.
– А кто она, учится или работает?
– Работает, в библиотеке.
– Короче, минут через десять-пятнадцать уходите и не стучите, я сам потом выйду, договорились?
– Хорошо, попробуй, только вряд ли получится.
– Посмотрим. – Ну, было б сказано, еще посидели, и Павел увел хмельных молодняков в коридор.
– Курим, ребята, Генка там Таньку убалтывает.
С полчаса мотались неприкаянно по коридору, вышел Генка, явно довольный:
– Паша, в общем, все удачно, она сказала, что и тебе даст, я ее подпоил хорошо. Заходим тихо в комнату, парни по койкам, а ты к ней, понял?
– Нет, правда, что-ли, не верится прямо?
– Сказал же тебе, все в ажуре, пошли.
Он и Вадьку с Витькой проинструктировал. Зашли, молодые по койкам, Генка тоже, Танька на его кровати, он стоит, сердце колотится. Луна из небесной выси видимо освещает подоконник и стол. Паша нерешительно взялся за край одеяла, потянул тихонько.
– Паша, смелее, ты же давно хотел меня, пользуйся, пока я добрая.
Вот это да, даже не верится. Нырнул к ней, упругое тело, груди пружинят, ах, прелесть Танечка … И плевать, что слышно кровать скрипит, такая женщина…
Удовлетворенный, полежал немного, Таня засыпала, он встал. Подошел к Генке : «Подвинься».
Зазвякали пружины, вставал Вадька, хмельно покачивается, на фоне окна кудри топорщятся и туда же, к Тане. Лег ли …тишина, десять-пятнадцать минут, тихо. Витька-певун не выдержал, резко подымается, подходит и громким шепотом возмущенно:
– Нет, вы посмотрите, они спят, он ей в титьку уткнулся и спит.
Это уже интересно, Паша тоже поднимается, Генка за ним. Хватало лунной подсветки, чтобы разглядеть лежащих. Одеяло в ногах, Таня в роскоши своего нагого тела спит на спине, Вадька рядом в плавках, рука и губы на ее правой груди, тоже сопит, идиллия!
