Отчаянным усилием воли Егорка заставляет их переступать хоть понемножку, потом садится на кортки, но это опасно, встать еще труднее, приходится прикладывать неимоверные усилия. Осталось пройти метров двести по уложенному вдоль извилистой шоссейке худосочному тротуару. Поддосочные бруски местами подгнили, жидкие досочки, пружиня под ногами, окунались в талую воду, она еще и фонтанировала при этом мутными струйками, по тротуару идти еще тяжелее, он прошел самое большее десяток метров и обессилел совсем. Успел прислониться спиной с ранцем к линяющему после зимы беленому штакетнику. По нему и съехал ранец, осыпая известку. Он сидел на корточках, видел, что полы пальтишка расстелились по мокрым доскам, ему жалко пальто, а подобрать их или встать нет никакой физической возможности.
А ему надо домой, папка лежит один, у него, поди, банка для мокроты уже полная, а он сам вряд ли встанет вылить ее в ведро. Папа после госпиталя еще не до конца оздоровел, временами лежит совсем бездвижно, мамка на работе, так что только он может помочь отцу, попить ему подать. Надо, Егорка, надо. Он пытается по штакетнику спиной подняться, напряг все силы, приподнялся и упал сознанием в оранжевые круги, закрутившие в глазах карусель.
В поту проснулся Егор Пахомыч, липком, дурнопахнущем; и болели ноги, как тогда, в детстве, в результате осложнения после перенесенной на ногах болезни. Поднялся трудно, пошел в ванную, подставил голову, потом спину и грудь под холодную воду. Вода и растирание изгнали тяжесть, физическую, душевная такими методами не изгоняется. На кухне пил кофе, курил вперемешку с кашлем.
Идя к себе в комнату, заглянул в щель приоткрытой двери, Ленка все еще читала.
Душевная тяжесть давила все сильнее, казалось, даже мешала дышать.
Достал из книжного шкафа первый том собрания сочинений святителя Игнатия (Брянчанинова), нашел отчеркнутое карандашом место.
«В общежитие Александрийском, которое описывает святой ИОАНН Лествичник, вся братия упражнялась в умной молитве. Этот Святой, равно как и Варсонофий Великий, заповедует боримым блудной страстью особенно усиленное моление именем Господа Иисуса Христа. Блаженный старец Серафим Саровский свидетельствовал, наставленный собственным опытом, что молитва Иисусова есть бич против плоти и плотских похотений. Увядает пламень этих похотений от действия ее. Когда она воздействует в человеке, тогда, от действия ее, плотские похотения утрачивают свободу в действовании своем. Так хищный зверь, посаженный на цепь, сохраняя способность умерщвлять и пожирать человеков и животных, теряет возможность действовать соответственно способности».
Встал Пахомыч на колени пред образом Спасителя. Он чувствовал настоятельную потребность в покаянии, необходимость облегчить душу перед Тем, Кто только и может понять, простить и помочь.
