— Ну вот, мал-мало привел тебя в божеский вид.
Илья отстранился, любуясь своей работой, заизгибались морщины его лица в гримасе, которую трудно было назвать улыбкой.
— Егорка, ты теперь как абрек Заур, рожа у тебя стала бандитская.
Егор же надумал как ему уйти в нирвану.
— Ты не скалься, а сходи лучше за водкой.
Илюха расплылся еще шире, морщины превратились в борозды.
— Хорошая мысля не всегда приходит опосля. Кто бы против, а я за.
Егор полез в карман брюк, вынул десятку.
— Короче, бери литряк, ну и зажевать че-нибудь.
Илья червонец взял и начал мяться.
— Егор, ты же знаешь, какие там щас очередюги.
— Ну а че делать?
Илья решился.
— Короче, есть у меня в заначке литряк, мы его и раздавим, а закусить я пошукаю у себя.
Раз уж начал, решил признаться до конца.
— Ты знаешь, я бздю выходить на улицу, вдруг там Кузя нас ждет с толпой. Если конечно, не покалечился, мы ж не глянули.
Егору совсем не по душе мусолить эту тему, ему быстрее бы оглоушить себя алкоголем, забыться в хмельном угаре, он скривился болезненно.
— Хорош об этом, доставай водку.
Илья подошел к кровати, нагнулся под кроватную накидку, пощелкал там чем-то и выставил на стол две бутылки «Столичной».
По первой выпили торопливо, сразу по полстакана, на закуску была поставлена принесенная с подоконника сковорода с остатками жареной картошки.
Илью все же беспокоил вопрос собственной безопасности.
— Вот ты говоришь не бзди, а я бздю, Кузя мстительный и жестокий, я знаю, вполне может собрать бичевню местную и они нас тут ушибут точняком. А если не щас, то потом меня, ты-то сквозанешь отсюда, а мне куда деться?
Алкоголь успел окутать мозг туманцем блаженства, Егор в этот раз не поморщился.
— Илюха, ты Илюха, че ты такой бздливый? Не придет он, ему это смерти подобно.
Илья свел морщины на лбу в комок.
— Не понял.
— Пойми ты, если он сюда придет, как ты говоришь, с толпой, будет большой шум и драка, мы же будем защищаться, могут менты нагрянуть, начнутся разборки и обязательно выплывет смерть Юли. Менты начнут разбираться и тогда Кузе реально светит срок за совращение малолетки, за заражение ее половой болезнью и за доведение до самоубийства. На зоне же Кузю сразу опустят, если не в тюрьме еще.
