А дальше его воспоминания омрачены обидой. Было мно- го ласки, было полнейшее обоюдное обнажение и… отказ. Он долго пытался добиться своего, она вроде бы шла навстречу, но в самый последний момент отталкивала его, пока, наконец, не прошептала ему в ухо: «Да нельзя мне, не понимаешь, што ли?»
Вот тут обида и взыграла в нём.
- Какого хрена я тогда сюда припёрся, только измучился? Полина иезуитски-ласково погладила его по животу.
- Понравился ты мне очень.
- Уйди от меня, садистка, я спать буду. – Отвернулся от неё и скинул положеную было на его плечо руку. Быстро уснул.
* * *
Всё вспомнил Роман, и качнулась с зубовным скрипом его кудрявая непутевая головушка.
«Сколько раз говорил мне батя: „не ищи счастья на случай- ных подушках, его там не найти”. Так-то оно так, да не совсем. После чужой подушки на своей слаще спится».
Вдруг мягкая ладошка легла ему на грудь повыше одеяла, как раз между грудных мышц, выпукло выделяющихся на жи- листом теле, полежала без движения, потом пальцы погладили негустую поросль светлых волос и скользнули к правому соску, зажали его между указательным и средним, слегка потеребили.
– Ты же не спишь, чё притворяешься? Он открыл глаза: – Доброе утро.
Вспомнив всё, Роман решил быстренько собраться и уйти, не хотелось никаких разговоров.
Уже и начал подниматься, но тут почему-то, с некоторым даже стыдом, встретил одно немаловажное препятствие – он оказался совершенно наг, и трусов рядом не было. Они ночью
«кувыркались» по всему дивану и сейчас даже невозможно было представить, где находился предмет его нижнего белья.
А у ней, как назло, улыбка хитрющая.
- Ты обиделся на меня?
«Начинаются разборки».
- Да с чево бы?
–Ну как же, я тебе такой облом сделала. Неудовольствие ему скрыть не удалось, хотя старался.
- Полина, давай не будем об этом.
Зато это самое неудовольствие помогло решиться спросить о том, о чём несколько секунд назад не решился бы.
- Ты лучше подскажи, где мои трусы?
- Они у тебя под подушкой.
«Может она их туда и засунула, очень уж уверенно ответила». Роману пришлось повернуться на левый бок, чтобы рукой нашарить свои синие в полоску трусы, и в этот момент со спины к нему привалилось, причем под одеяло, теплое и мягко-упругое.
- Не доставай их, они тебе сейчас не понадобятся. Роман ответил подушке.
