Пока он ставил спинку, Поля что-то собирала на стол или прибиралась на столе, стоящем у противоположной стены, но- чью они им не пользовались.
Он затянул последнюю гайку и для верности покачал ру- кой всю конструкцию, она не колыхнулась. Полина у стола как раз наклонилась, бедра в изгибе туго натянули халат и внезапно мощное желание смыло все препоны. Роман быстро подошел к ней, крутые бедра дёрнулись под его ладонями и крутанулись в повороте с подъёмом, сопровождаемые в своем движении соч- ным матом. Роман опешил и отдёрнул руки. У повернувшейся Полины стыд выбелил щеки бледностью, и глаза опущены. Не- мая сцена. Поля первая произнесла:
- Рома, ты прости меня, ты так неожиданно подошёл, я за- думалась, и вдруг кто-то хватает меня за бёдра, тут поневоле вырвется.
Так некстати накатившее желание погибло мгновенно, и он спросил равнодушно: «Што, часто так хватали?».
- Ну, бывало, конешно. Да што ты спрашиваешь, будто не знаешь, как пристают?
Она посмотрела в сторону дивана.
- Закончил?
- Да.
- Спасибо, садись, позавтракай. Извини, у меня больше ничего нету. На столе стояли три бутылки пива, в блюде нарезанная по- перечными кусочками селёдка и на разделочной деревянной до- ске несколько ломтиков серого хлеба, да ещё отдельно лежала большая луковица. Он сел на единственный стул у стены, она принесла себе из кухни табуретку. Возникшая неловкость не проходила, оба её ощущали и не знали, как от неё избавиться.
Полина подала ему открывашку.
- Открой пиво.
Он открыл одну бутылку, подал ей.
- Спасибо, а себе?
- Да я не привык похмеляться, вернее, отучил себя.
- А зачем?
- Похмелка – это вторая пьянка.
- Ты што, совсем не болеешь, вчера же выпили много?
- Нет, не болею.
- Счастливый человек, смотрю, и не куришь?
- Бросил, полгода уже.
- Совсем молодец. А ещё чего не делаешь?
«А это уже вопрос провокационный, и взгляд с подковыр- кой. Она что, так из неловкости выходит?»
- Знаешь, один очень мудрый человек сказал: «Всё мне мож- но, но не всё полезно».
- Умница ты, погляжу я, и кругом правильный. Ну хоть за компанию попей пивка.
Роман открыл бутылку, сделал несколько глотков, потом взял кусочек селёдки и хлеб, он оказался черствый, хрустел на зубах сухарем. Полина закусывала пиво сигаретой.
Удивительно, что он услышал звонок, но услышал, навер- ное, потому, что в этот момент не хрустел
