Ошибиться было невозможно, за поворотом вскоре он уви- дел домище, который мог принадлежать только Потапу. Особ- няк о трёх этажах из красного кирпича и с зелёной крышей, во- круг ограда из кованых прутьев с остриями на концах.
Роман остановил машину на расчищенной площадке у зелёных двухстворчатых ворот с большими металлическими
красными звездами на каждой створке. Поодаль, на кирпичной тумбе между секциями ограды сидел пёстрый кот, жмурился. Часы показывали одиннадцать сорок пять. Есть ещё время, вы- ключил зажигание, решил посидеть. Слева от ворот открылась калитка, вышел молодой румяный парень в спортивной куртке и белой шапочке, стоящей торчмя на коротко стриженой голове, подошёл.
- Кто такой?
Солнышко как раз вышло из-за облака, слепило Роману глаза, он не видел лица парня.
- Роман. К Потапу.
Парень посмотрел время на наручных часах.
- Рано прибыл, жди, приказано к двенадцати ноль-ноль. Ушёл за калитку, Роман включил магнитофон. Голос его люби- мого актера и певца Владимира Ивашова запел «Русское поле».
Парень вышел через десять минут.
- Пошли.
Большое дворовое пространство, слева огромный гараж, как ангар, около него стоит солидный джип, справа длинное низкое строение из кирпича. Они вошли не в высокие двери, к которым вели широкие ступени, а в узкую и пониже дверь слева.
Холл с красным ковром на полу, налево деревянная лест- ница с красивыми точёными перилами, на втором этаже парень открыл самую ближнюю дверь: – Заходи, – при этом снова гля- нул на часы.
Видимо, это кабинет хозяина. Слева сервант точно такой, какие были в моде лет тридцать назад, в нем лежат на полках
противогаз, пистолетная кобура, свернутый клубком офицер- ский ремень, фуражка с кокардой лежит сверху. По другой стене шкафы со стеклянными дверцами, там ряды толстых книг.
Палас от входа ведёт к полированному массивному сто- лу, за ним хозяин. Здоровый бугай в белой майке и с чёрными лентами подтяжек. Выбрит, но несвеж, следы жизненных изли- шеств наложили глубокие следы на лицо, особенно под глазами, на подбородке крутая ямка. Он не поздоровался, посмотрел в угол за своей спиной, там в футляре напольные часы.
– Молодец, вовремя. Проходи, садись.
Стул с ближней стороны стола, под хозяином кресло с ши- рокими подлокотниками. Бутылка водки стоит на столе, поодаль, стакан и хрустальное блюдце с дольками соленого огурца, один надкусан, все это не вязалось с солидным письменным прибо- ром и перекидным календарем чиновника советской эпохи.
Роман сел, снял шапку, раздеться хозяин не предложил, да и вешалки здесь нет.
Потап рассматривал его, немного склонив набок большую голову с седым ежиком и собрав лоб в продольные складки.
