каждый говорит: «А што я могу сделать?». Действительно, что можно сделать? Хорошо, повлиять на политику собственни- ков я не могу, но постараюсь помочь Серёге, может, удастся устроить его куда-нибудь. А што, если с Ильичом поговорить, может, к ним каким-нибудь дворником? Это мысль. Но време- на настали паучьи, нравы стали гадючьи».
… Утром другого дня Роман после раскомандировки пошёл в инструменталку и встретил начальника. Гладков поднимался на переходной мостик с другой стороны. Было у него желание высказать начальнику много неприятных слов, но внезапно даже для него пришло другое решение и он посчитал его наилучшим в данный момент.
Они встретились на верху мостика, Гладков, как всег- да делал при встречах с рабочими, он же демократ, протя- нул руку и уже начал произносить традиционный для него вопрос «как дела?», но Роман, смотря прямо перед собой, прошел мимо протянутой руки. Сзади окликнули, «Купа- вин», не оглянулся.
* * *
Бандеровская власть тянула окровавленные руки к Крыму, крымчане отбивались, как могли. Противостояние нарастало. Американский эсминец вошел в Черное море. Вскоре на вол- не сопротивления во власть пришли патриоты, люди из народа и автономная республика объявила о своем выходе из состава Украины.
Война грозно нависла над полуостровом.
* * *
В субботу утром Роман позвонил Полине, поздравил её с жен- ским праздником. О своей предстоящей поездке не сказал. Домой она вернётся, когда он уже уедет на встречу с кривым Потапом. Безусловно, некоторое напряжение Роман ощущал, но не более того. По его убеждению, подавляющее большинство собствен- ников нутром чуяли неправедность своих богатств, они же все вышли из советского народа, который терпеть не мог богачей, оттого и окружали себя охраной, а если кичились своим поло- жением, то это было от страха перед возможной расплатой, мо- гущей в любой момент стать расправой. Страх делал их уязви- мыми, они понимали свое положение, и жизнь при богатстве была несладкой. Конечно, среди богатых были и люди, которые искренне поверили, что если они достигли в жизни материаль- ного успеха, значит, они и есть настоящие хозяева жизни, и всё
в этом мире принадлежит им по праву.
Их всех можно было назвать даже не богатыми, а богатя- щимися, людьми, страстно мечтающими о богатстве настоя- щем, большом, и готовыми жизнь свою посвятить достижению мечты. И в этом была самая большая слабость этих людей.
К Глебу и
