Поморщилась. – Не кричи, пожалуйста, ребенка напуга- ешь. И, кстати, у нас девчонки говорили, што это наши так показывают, а на самом деле на майдане всё не так было, и в Крыму тоже. Так што, может, и здесь подделали? Кому-то это, наверное, выгодно?
Роман ошарашен. – Ты понимаешь, што городишь?
По-твоему, это Россия разжигает ненависть к Украине?
Полина встала с подлокотника, она смущена от осознания того, что сказала нечто нехорошее.
- Ну, я не знаю, но люди-то говорят.
Тут он взорвался. – Дура ты конченая! Уйди с глаз моих.
У Полины щеки вспыхнули злым румянцем, она обожгла мужа взглядом, в котором можно было разглядеть ненависть.
- Сам урод, – бросила, как камень и вышла, сильно хлоп- нув дверью.
Трудно налаживалась у них совместная жизнь. Был момент во время набега Потапа, когда они ощущали себя одним целым и
тогда казалось, что так будет всегда. Но нет, уже на следующий день случилась ссора, потом ещё и так бывало довольно часто.
Полина не хотела ходить по магазинам, готовить не научи- лась и не стремилась научиться, даже постирать в машинке и то не могла, хотя там было все очень просто, она считала, что с неё достаточно работы, к тому же она ждёт ребенка. Любимым её занятием было «зависать» в интернете, могла часами не вста- вать со стула перед монитором, муж и сын ей часто мешали. Поля поставила компьютер в спальню, там у ней было больше возможности пользоваться им.
Глеб к матери так и остался почти равнодушен, он относился к ней, как к какой-то родственнице, она вроде бы родная, а вроде и чужая. Поля тоже не особо стремилась вернуть любовь сына, её любовь сосредоточилась на новой жизни, формирующейся в ней.
Забежал Глеб, не стал разуваться.
- Пап, дай чё-нить куснуть.
- А што, раздеться, умыться и поесть за столом нет времени?
- Ага, нету, щас пацаны подойдут, бежать надо.
- Ну, раз надо…
Роман пошел на кухню, приготовил два больших бутербро- да, вынес стоящему у порога Глебу.
- На.
- Да мне одного хватит, зачем два?
- Ты ж не один играешь, поделись с товарищами. Глеб озадачен.
- Пап, да щас никто ни с кем не делится.
- А ты поделись, потом, возможно, и они начнут. Ты им пример подай.
Сын смотрел непонимающе.
- Глеб, нельзя есть одному в коллективе, не по-людски это.
Все равно мальчишка не понял, основы эгоизма в нем уже заложены, придется их ломать.
- Ладно, потом объясню, беги.
- Спасибо, – Глебка крутанулся на месте, выскочил, при резких движениях легкая хромота появлялась, и когда уставал, нога побаливала.
«Нет, все же сын у меня хороший, я его воспитаю добрым и честным человеком, постараюсь воспитать».
Только успел так подумать,
