- поправишься, какие твои годы. Ты ведь не старый, чуть больше полста?
- Какие полста? Мне сорок восемь всего!
- Ну какие это годы! Держись, Серёга.
- Спасибо, Рома. Значит, через недельку, после праздников.
- Я тебе предварительно позвоню.
- С кем это ты опять так разговаривал? – Полина присела рядом.
- С товарищем одним, работали вместе.
- А почему так сурово?
- Собрался самоубийством жизнь закончить.
- А если человеку невмоготу?
- Не поверю. Бог не дает страданий выше сил человека. В фашистских застенках наших подпольщиков уж как пытали, а никто не кончал с собой, а если и были такие, то их очень мало.
Поля положила ему голову на плечо.
- Ох, Ромка, Ромка, ты наивный, как ребенок, неужели ве- ришь всей этой совковой пропаганде.
Роман резко повернулся к ней, так резко, что голова Поли- ны, оставшаяся без опоры, потянулась вниз, она едва не свали- лась набок, он успел всё же подхватить её за плечи. И это дало ему время удержаться от резкости.
- Наслушалась подлой брехни! Ты хоть маленько думай. Неужели не понятно, што люди, погубившие Советский Союз, будут всегда шельмовать его героев. Они просто вынуждены так поступать, иначе народ очень скоро очухается и выметет их из Власти.
В войну психология у людей была другая, они думали о Ро- дине, а не о себе.
Поля зевнула, а потом махнула на него ладонью.
- Да ну тебя с твоей политикой. Пойду-ка я лучше спать, время уже позднее.
Она ещё раз длинно и со сладким стоном зевнула, потя- нулась, выгнув спину, стал очень сильно заметен полнивший- ся жизнью живот. Бросила ему на ходу. — Ты тоже не засижи- вайся.
* * *
На другой день Роман и Глебушка поехали на рыбалку, даже не столько на рыбалку, сколько просто побыть на природе. Правда, сначала, с утра они поехали к тёще, копали огород, по- том уж отправились на берег реки.
Полина, как обычно, уклонилась от поездки, отговорилась недомоганием. А зря, погодушка стояла просто великолепная, было тепло и безветренно. Мальчишка расспрашивал отца обо всём: о реке, о рыбе, которая здесь водится, об окружающем мире. Как-то незаметно разговор подошел всё же, скорее всего, Роман его подвел, к вопросу о Создателе всего земного велико- лепия. Отец коротко, но ёмко рассказал сыну о жизни Иисуса. Глеб буквально внимал, потому что Роман говорил очень горя- чо, убеждённо. Ему хотелось направить мальчишку к правосла- вию, дать твёрдое основание всей последующей жизни, настро- ить дух ребенка на восприятие Божественной симфонии любви, потому что сам был твердейше убежден в том, что состояние духа определяет личность человека. И ясно понимал, что при- ходить к Богу в юном возрасте гораздо лучше, когда человечек
