- штоли?
Голос у ней отнюдь не старушечий, тембра низковатого, но звучный, с немного протяжным произношением гласных, а говорит язвительно:
- А ежели кирпичи, так и не понесешь? Роман смутился.
- Да што Вы, это я так, к слову.
У бабули в глазах озорство.
- К слову, говоришь? К слову не к плетню – не присло- нишься. – Хмыкнула, кашлянула.
- Пошли, што ль?
Когда ступили на мёрзло-скользкие доски, бабушка цепко ухватила Романа за руку с правой стороны. Сначала Роман ста- рался идти помедленнее, думая, что старушка будет еле семе- нить, однако она двигалась сноровисто, и они зашагали быстрее.
- Тебя как зовут-то, сынок?
- Романом зовут, бабушка.
- Хорошее имя. Зять у меня был Роман, царствие ему не- бесное.
- Умер?
- В Афгане погиб.
Шли, попискивало под ногами промерзшее дерево, воздух густо полнел темнотой, около здания станции на столбе включи- лась осветительная лампа. Старуха вдруг потянула его руку, оста- навливая. Роман встал, она подняла к нему лицо.
- Послушай меня, Роман. Видать по всему, ты добрый па- рень. А скажи-ка мне, ты случаем в Бога не веруешь?
«Ничего себе вопросик незнакомому человеку».
- Верую, бабушка. А почему Вы спрашиваете?
- А вот к чему. Я к внуку еду, да не знаю, застану ли дома, а деньгов на обратную дорогу у меня не достанет, ты уж ради Хри- ста помоги бабушке, одолжи, если можешь.
Не размышляя ни секунды, Роман поставил сумку на доски, снял перчатку и вытянул из брючного кармана первую попавшу- юся купюру, протянул, не глядя, старушка взяла свободной рукой.
- Ой, Ром, это ж целых сто рублёв, не много ли?
- Нет, берите, бабушка. Я же работаю, достаточно получаю. Он взял сумку в руку, двинулись дальше.
- Ну, спаси тебя Христос, Рома.
- Да не за што, бабушка. Люди должны помогать друг другу.
- А хто это нынче понимат? Народишко будто обезумел от заразы ентой, от скопидомства, всё гребут, гребут под себя. Вон моя дочь опосля Ромы-то сошлась с одним, вроде с виду мужик солидный, начальник какой-то, а такой хапуженец оказался, прям страсть, готов из-под себя собрать, в кулёк завернуть и продать. Поверишь ли, считал, сколь я кусков хлеба съела. Слава Богу, ка- кую-то финтифлюху молодую нашел и съехал, дочь в слёзы было, а я рада.
Тут бабушке пришла, видимо, идея в голову, она снова затор- мозила спутника рукой.
- Слушай, Рома, а ты часом не холостой?
Роман догадывался уже, о чём пойдет речь после такого во- проса, улыбнулся.
- Холостой.
Старуху это известие вдохновило, она повернулась к нему, они опять встали.
- Ну, а ежели познакомить тебя с дочкой моей? Ей сорок пять годов, так самый сок для бабы, не безрука, работает в столовке поваром. Она у меня пышечка
