— Я заметил, ты часто приводишь слова «Великих» людей, специально запоминаешь?
— У меня память хорошая, много читаю, а за века Истории было много мудрых людей, думающих об основных проблемах мироздания. Они высказывали и мысли мудрые. Записанные, эти мысли легко запоминаются, если это близко тебе. Вот как ты думаешь, для чего люди создают государства?
— Государства? Странный вопрос. Чтобы защищаться вместе от врагов, наверное.
— А враги своё государство создают. Чтобы напасть?
— А для чего тогда?
— И от врагов конечно тоже. Но главное, я думаю, они выполняют волю Господа, чтобы осуществить Им промысленное.
— Ну, полез в дебри.
— Я серьёзно. Вот, смотри, была Западная Римская империя и рухнула. А Восточная, Византия ещё тысячу лет простояла.
— Но тоже рухнула.
— Рухнула, когда Дух из неё ушёл, тогда Господь покинул её. Но перед тем Византия передала имперскую эстафету Москве, как Третьему Риму. Не нынешней, обожратой, а настоящей столице Великой Империи. В прямом смысле передала. В тысяча четыреста сорок восьмом году Преподобный Ефросин принёс во Псков Цареградскую икону Божьей Матери. Ему её вручил Византийский Патриарх Геннадий Второй, а через пять лет Константинополь был взят турками. Ученику Ефросина, Преподобному Филофею было откровение и он объявил — Москва третий Рим, а четвёртому не бывать.
Тут великие смыслы заложены, поверь. Третий Рим ещё полтысячи лет простоял, Советский Союз сюда входит органически, чуть видоизмененно. И вот мы все продали дьявольскому Западу, нашему извечному врагу, за стеклянные бусы, это образно, реально – за тряпки и жрачку. Но Четвёртому Риму не бывать!
Значит, конец России, мы предали Бога! Мы уже и так обкорнанная часть Империи. И я думаю, что нас спасёт, нас, русский народ, от морока только большая война.
— Ну, Серега, договорился. Ты думаешь, что болтаешь? Война разрушает, а не спасает.
— Я думаю, что говорю. Народ спивается, вымирает, колготится в заботах о куске хлеба. Большая война заставит нас стряхнуть оцепенение, вспомнить, что мы великий народ, что на нас возложена задача, и возложил её Творец.
След Византии ещё не остыл на земле. Я не хочу войны, не призываю, она и так будет, мы ещё чуток ослабнем и нас кинуться рвать.
— Серега, пиво кончается, а башка заклинивает, я помногу тебя не выдерживаю. Слушай, а поедем девчонок снимем, а, разрядочку устроим?
— Не, Леша, не хочу.
— Ах да, у тебя Танечка есть, ну как она в постели?
