С трудом понимается бормотание. «Витька, что-ли, племяш? Мать честная, во что парень превратился. А я подумал, что это Ленин в предпоследний год жизни.»
Витька по родству племянник, а старше дядьки на полгода. В детстве дружили. Во время гостевания Сергея были неразлучны. Семью сестры Сергей чтил особо, потому, что они были почти единственной роднёй по отцовской линии, но сейчас племянник вызывал отторжение.
Сергей произнёс несколько приличествующих моменту фраз, соблюдая некий этикет.
Издержка коллективного приезда – о жизни говорили с сестрой на кухне, под гомон гостей и коротко обо всём.
Старший сын Лизаветы – горе её и мука, Петя, младший и средняя Нина живут нормально, семейно, Витюха же укатился в горькое, забубённое пьянство.
Миазмы разлагающейся страны, конечно же, мутили слабые головы, не в оправдание им будет сказано. Топили многие в суррогатном алкоголе тяготы жизни, однако костяк народа выживал, жил, работал. Работа у Виктора была, он с ней расстался, дабы не мешала пьянке, жена рассталась с ним, дабы он им с дочерью не мешал жить. Свою однокомнатную квартирёшку переориентировал в бомжатный притон., и вообще бы потерял её, если бы брат не поставил железную дверь на вход, а жена не прописала туда их совместную дочь. Не зря Сергею сравнение с Лениным сразу ткнулось в ум, именно под такой кличкой племяш завсегдатайничал в пивнушках, добывая сходством рюмашку.
Перекосоротило и перекосоручило Витю около года назад. Лиза поставила настаиваться на водке золотой корень, каплями настойка оказывает прекрасное оздоровительное действие, но каплями!
У алкоголиков изуверски изощрённый ум, выпивку они отыщут хоть где. Витька отыскал, хлобыстнул стакан и затрясло его во всех пространственных измерениях, жизнь спасли в больнице, трясучка отступила, а перекосы остались. Сейчас в его квартире живёт повзрослевшая дочь, Витька переехал к матери и теперь трясёт её, требуя денег на вечную похмелку, пить-то не бросил. Полученной пенсии на много ли посещений пивбара хватит.
Невеселы дела. А в какой русской семье они в эти мерзопакостные времена были и есть веселы? Есть, правда, семейки, куда делись, всегда были, которым и война мать родная. Да разве об них речь. Полыхнул Сергей злостью на племянника за дела его нехорошие. Хотел пойти и набить рожу перекошенную, Лизавета взмолилась слёзно не трогать прохиндея, он и так наказан Богом.
— Ладно, Лиза не убивайся шибко. Я думаю, наладится жизнь, пойдём к гостям.
А племяша-то среди гостей и не наблюдалось, куда-то ушмыгнул втихаря.
