— Ну да, а сколько можно ждать, я подумала, ты не смог. Уже, наверно, полвосьмого.
— Двадцать минут. Если бы ты уехала, я бы помчался в вашу деревню, обошел бы все дома и нашел бы тебя.
Присупились крутые брови.
— Толя, это я тебе запрещаю. Ты бы горе страшное принес в мой дом и мы бы никогда уже не встретились.
— Слушаю и повинуюсь. Ну, здравствуй, Женечка милая.
Лицо к лицу, обе ее ладошки в его руке. Она самую малость пониже ростом, удобно почти не наклоняясь прикоснуться губами к щеке у мочки ушка. Мочка не сросшаяся со щекой, это тоже хорошо, сросшиеся вызывали у него неприязнь, задетая губами она свободно качнулась, отяжеленная сережкой.
— Люди же кругом, Толь.
— Ничего предосудительного, просто поцелуй в щеку. Вон молодняки сосутся публично, скоро начнут в трусы друг к другу залазить при людях, и ничего.
Смех женщины вкусен слуху.
— Болтушка ты. Пошли, нечего на виду толкаться.
Потом, позже, вспоминая пофразно, пословно разговор в машине Толя понял, что она готовилась к разрыву, он не проник в укрытое словами.
Оба очень рады встрече, а у ней и еще радость – они со свекровкой водили мужа к бабке-знахарке и та взялась избавить его от тяжкой алкогольной зависимости, правда, стоит это денег немалых, ну да что ж, лишь бы помогло, а деньги наживут.
Она рассказывала это все спокойно, сдержанно, но в некоторых местах рассказа речь ее походила на стон, нечаянно вырвавшийся, и в эти моменты Анатолию открывалось все ею пережитое, вся глубина ее горя. А потом, без плавных переходов.
— Толя, а я ведь тоже к тебе уже неровно дышу, вот ждала тебя, ты не едешь, так я расстроилась, а когда ты закричал, сердечко заколошматило, а потом сладко защемило. Ой, не к добру это.
— Да ты че, Жень, почему не к добру, очень даже к добру.
— Ты чуть моложе моего отца, а я не чувствую этого, будто мы ровесники.
— Так это же прекрасно!
— Вот влюблюсь в тебя и впаду в грех.
— Да брось, Женя, любовь – это не грех. Мне моя бабушка такую притчу рассказывала. Жил-был мужик один, по совести жил, не грешил, трудился и вот решил бес его совратить. Стал ему нашептывать в душу: «Мужик, утомился ты сегодня, выпей стаканчик зелья с устатку». Мужик все не поддавался, а однажды подумал: «А, выпью разочек, действительно устал». Ну и хлопнул стопарь, а бес ему табачок подсовывает: «На, закури теперь, друг сердешный, милое дело после стопочки». Захмелевший мужичок закурил, а бес ему опять шепчет: «Иди, мужик, к соседке, она же красивая, а муж ее уехал на базар». Во хмелю и пошел неразумный мужичишка, стал соседку обхаживать, на кровать тянуть. А тут вдруг и заявись ейный супруг, да с кулаками на охальника. Случилась драка, и в драке той бес подсунул мужику нож под руку, ну и убил мужик соседкиного мужа. Выходит, корень всех зол в алкоголе.
