— А как ты думал, жисть такая, шустрить надо.
Доза алкоголя еще больше оживила родителей.
— Ну теперь давай хорошую сигаретку, Толя, зятек ты мой драгоценный, — блаженство вызревало на лице.
Прикурил, дважды затянулся.
— Слабоватые, а вкус ниче. Хошь, я тебе расскажу, как я шоферил?
Супруга по жизни явно верховодила, жестко пресекла намечающийся поток воспоминаний.
— Глохни со своим шоферством, кому это надо. Лучше давайте по второй накатим.
Тут ее другая, более удачная мысль посетила.
— Не, стоп, а если мы пойдем на кухню, там посидим спокойно, вам мешать не будем, вы молодые, у вас свои дела, — из-под упавшей пряди видны скривившиеся ухмыльно тонкие губы.
— Как хотите, дело ваше.
Для него это было бы облегчением.
— Ну, тогда мы уходим. –Зоя наклонилась к нему через стол и от сухих подвижных губ отшелушилось, — а ты ее хорошенько продери в честь именин.
Горящей сигаретой в обнаженный нерв.
«Зазеркальный мир, люди зазеркалья и я среди них, такой же.»
Мигом парочка расхватала по рукам бутылку, стаканы и тарелочку с селедкой.
— Вы мороженое возьмите тоже, растает.
Мимо ушей.
Вика, хлопочущая у стола в прихожей удивленно спросила: «А вы куда?»
— Доча, мы пойдем на кухню, посидим с отцом там, ладно? Вы тут уж без нас.
Обиделась дочь.
— Вам бы только налакаться, как свиньям.
— Ну, доча, ну че ты так, в самом деле, мы вам мешать не хотим.
— Катитесь ко всем чертям, алкаши проклятые.
Шмыганули за дверь поспешненько, и прихрамывающая нога отца не помешала, Вика сердито хлопнула дверью, защелкивая на замок.
Порывисто зашла в комнату, Анатолий на диванчике курит, посмотрел на ее расстроенное лицо.
— Не ругайся, Вика, не порть себе праздник.
— Да ну их, это они мне праздник испортили, бляха-муха.
Быстротечно огорчение юности, она уже улыбалась.
— Опять я с этой мухой, привязалась отцова поговорка. А, может, так лучше, теперь мы одни и теперь никто мне не помешает.
Очутилась рядом вмиг, ядреное тело жмется, колышет кочку опоры.
— Толь, ну давай, я так долго ждала, ну поверни лицо.
Рукой через шею тянула голову его к себе.
— Прям здесь што-ли? А вдруг родители постучат?
