— А че такова? Он слесарем трудится, значит, руками владеет и вабще он, видать по всему, мужчина порядочный. Ну как, зятек?
— Я не против. Материал и инструмент у вас есть?
— Есть, Элька покажет. Вот и распрекрасно, а я пока ужин сгондоблю и угощу тебя всласть.
На последнем слове широчайшая улыбка показала ожидаемую сласть.
В добротный, из шпал, сарай проведен свет и похож он на приличную мастерскую, слесарный, плотницкий и столярный инструмент в изобилии, есть тисы, верстак и наковальня.
— Отец собирал?
— Да, папашка, он рукодельник был. Тебе может дать чево переодеться?
— Да ладно, с деревом работать, не землю же копать.
Подтемнивало, когда Толя закончил работу. Помимо двух половиц в веранде заменил и парочку подгнивших ступенек крыльца. Эля несколько раз выходила, спрашивала, не надо ли чего.
На кухне свет пригашен зеленым плафоном. Светлана хлопочет у стола, она тоже в темно-красном обжимающем платье с отложным белым воротником, оно сделало недавно еще неряшливую вульгарную бабу солидной строгой хозяйкой.
— Садись, работничек, будем тебя потчевать.
Анатолий умылся и сел у печки на маленькую скамеечку.
— Покурю.
— Кури за столом, пусть мужиком пахнет.
Расселись попарно, Эля с Толей по одну сторону, мать с Зиной напротив. Стол заставлен: посреди сковорода, в ней расточает ароматы мясо, жаренное с картошкой, рядом по значимости бутылка водки, а уже вокруг разбрелись разные тарелочки и блюдечки с грибочками, солеными огурчиками и прочими закусками, была еще бутылка без наклейки, наполненная чем-то темным, скорее всего, наливкой.
Хозяйка составила около Анатолия четыре граненые стопки.
— Толя, открой водку.
— Я сразу говорю, што водку не пью.
— Ой, все мы не пьем, ты налей, а там видно будет.
Она сама расставила около каждого наполненные мерки и подняла свою.
— Прошу всех поднять, я скажу слово.
Эля не заставила повторять и Зина (!) бестрепетно взяла двумя пальчиками посудинку и оторвала от клеенки.
— Я предлагаю выпить за здоровье нашего гостя, работящего мужика и хорошего человека, так што, Толя, за собственное здоровье ты уже опрокинь одну.
Протянула руку со стопкой к его поневоле поднятой, Эля потянулась своей, Зина смотрела с вызовом (?) или зазывом (?), рука ее поднятая не подрагивала.
