Анатолий достал с полочки кулек с конфетами.
— Вот вместо сахара, я его забываю купить, так ты с конфетами вприкуску.
— Спасибо. А у тебя здесь очень здорово, я там малины немного поела, ничево?
— Да на здоровье.
— Толя, скажи, а у тебя деньги есть?
«Странный вопрос».
— Есть.
— А сколько?
— Рублей пятьсот, купить кое-што надо. А што?
— Да так просто.
Попили, он чай, она кофе, он покурил.
— Ты щас чем займешься?
— Мне как раз малину надо обрезать, потом грядки перекопать.
— А я отдохну маленько, можно?
— Да отдыхай, вон две кровати, ложись на любую.
Маня оплела его паутиной взгляда и своим напевным голосом произнесла растяжно: «А я лягу-прилягу».
— Прилегай, а я пошел работать.
Пока отыскал в сарайчике секатор, потом верхонки, пока определял, с какого края лучше начать, прошло минут пятнадцать и только было собрался проредить намеченный разросшийся куст, тут голос Мани и настиг его, странный голос, показалось, с надрывом отчаянья.
— Толя-я, зайди, Толя-я.
«Тьфу, черт, вот навязалась на мою головушку. Че у нее там?»
Тут же бросил секатор, скинул верхонки, быстро пошел к домику.
Она лежала на койке дочери, без всего, глаза сразу зацепили вытянутые по швам руки и деревянную недвижность худоватого подросткового тельца. Он про себя механически отметил, что вид обнаженной девушки его не возбуждает, причину этого выяснять некогда.
— Вот, Толя, я готова.
У него в голове хаотично метались огрызки мыслей, сразу не удавалось собрать из них что-либо вразумительное.
А она по своему оценила его молчание.
— Да ты не бойся, я никому не скажу, ты мне зато дай денег, пятьсот рублей, которые есть и учти, ты у меня первый будешь.
Огрызки слепились в цельное, жестокое, но иное любое могло быть не действенным.
— Щас, подожди.
У входа в дом стояли внаклон кучкой прислоненные к стене колья для поддержки помидорных стеблей. Сгреб один, с руку толщиной, не обструганный, с пенечками обрубленных веток, с грязью на заостренном конце.
Она не сразу вникла умом в грозящее, но синие очи полезли в выкат мгновенно. Он грозно наклонился над беззащитной наготой, левую руку просовывал между ног у самого лобка, пытался отодвинуть ближнюю, она инстинктивно сопротивлялась, вдавил пальцы в нежную мякоть ноги, рвал, правая рука с колом вознеслась в замах.
