Книги

Высвет… лики, лица, ….

. . . Мама старела и все чаще вслух мечтала о горячем отоплении без дров и угля, теплом туалете, на вершине мечты  монументалилась ванна, где можно нежить  усталое тело. Повзрослев, Павел стал вполне равнодушен к бытовому комфорту, а мальчишкой тоже мечтал о недостижимых благах цивилизации. Редкие помывки в шахтовой мойке как прочно осели в памяти. У маминой двоюродной сестры, жившей с мужем в своем доме, была ванна. Разочек Пашка изведал блаженство в ней. Он весь погрузился в горячую воду, оставил только непогруженными рот, нос и глаза. Водичка объяла каждую клеточку тела, слияние и растворение, пусть так будет вечно. Но вода остывала раньше прохождения вечности.

Бытово барачная  жизнь неустроенна. За водой к колонке с ведрами чуть не полкилометра. Да, бог с ней, с ванной, баня общественная очень даже неплоха. Раз в неделю братовья со свертками шествовали в нее на предмет помывки тел, реже для стрижки там же, при бане. С туалетом сложнее. Сооружение со стандартными буквенными обозначениями «М» и «Ж» по разным входам отстояло от барака тоже не в трех прыжках на одной ноге. Для малой нужды ведро под умывальником имеется, ну а ежели..?

Зима и ночь, мрак и холод, а надо. За стайками если кто оправлялся по лености и страху, то наутро старшей барака, тете Марусе с приросшими очками и папиросой, все было известно, стайки, поди, сами ей докладывали о безобразиях под своими стенами. А она осрамить умела и любила, долго потом глаза от земли не подымешь.

Говорят, в туалете крысы водятся почти с собаку ростом, может, чуть-чуть прибавляют, но здоровые. Сам Пашка таких офигенно больших не видел, все одно страшно. Он берет с собой коробок спичек и несколько газет. Туалет ближе к больнице, чем к дому, прямо рядышком с ним морг больничный. Два страха – покойника и крысы, их надо победить, оба могучие.

Сухо и резко в морозной ночной тиши скрипит снег под валенками, страшно скрипит. В туалете потеплее, Паша поджигает скрученную жгутом газету с одного конца, стало еще теплее и малострашнее. Обратная дорога не поспешание к теплой постели, лёт это на крыльях победы, над собой, над своим слабостями. Ну что уж так уж! Обычная прогулка по естественным надобностям. Ну, ночью, ну зимой, да даже и морг рядом, пусть и мальчишка совсем не большой. Подумаешь! А вот и подумаешь, застаечные проулки тому пахучие свидетели, и вещественные.

… Трава выросла там, где барак стоял, и туалет за ненадобностью разломали. Взамен квартира получена со всем потребным в обиходе. А нити крепче аркана держат и тянут сюда, в окраинный         район Пашку Зотова.

Об авторе

Виктор Коняев

Новокузнецкий прозаик, публицист.