Алька за ним готова хоть и в тундру ехать. Уговорились, что Паша по возвращению в Медвежку договаривается с начальством насчет пустующего дома, приводит его в минимально жилой вид и сразу вызывает ее, она рассчитывается с работы, приедет и заживут они на зависть всем.
Хлопоты не такие уж и тяжелые вышли. Паша поговорил с Николаичем, тот с директором, разрешение получено, домов пустых несколько, выбирай любой.
Выбирали с Толяном Матвеевым, остановились на третьем, предыдущие хибары уж очень много потребуют труда и денег. Пол подгнил местами, рам оконных совсем нет, входную дверь надо поменять, зато печка хорошая и крыша не худая.
Цель в жизни появилась, и Пашка закипел. Заказал половую рейку в столярном цехе и три рамы, денежка в кармане шелестит, недаром на двух работах вкалывает, к тому же и обошлось все заказанное дешево, весь расчет в водке. При его графике работы времени свободного, если не дрыхнуть подолгу, вдосталь. Перво-наперво, очистил двор от снега и с крыши скидал, нормальная крыша, постоит еще.
В субботу совпали выходные и они с парнями перестелили пол в кухне, в комнате потерпит пока. За неделю он привез новые рамы со стеклами, приготовил инструменты, завез машину горбыля на дрова.
Следующая суббота, Павел с суточного дежурства зашел за Толяном, в магазине купил две бутылки по 0,7 литра портвейна и они отправились вставлять новые рамы. Толя после драки лепится к Пашке, нечто вроде дружбы у них, хотя многое в нем Паша не приемлет.
Все это хорошо, все прекрасно – твои мечты о семейной жизни, твои труды и заботы. Но ошибку ты совершил, Павел Федорович, роковую. Она уже повисла топором под притолокой, повисла над твоей судьбой и ничего изменить нельзя, поздно. Ты ведь знал, что необходимо разрешение коменданта на переезд, знал, но откладывал на позже, когда ремонт закончишь.
… Работали весело, с огоньком, не пили. Толян тоже размечтался привезти свою подругу-жертву. Он, оказывается, в их самовольный приезд в город был у ней, помирились – полюбились. Вот напишет ей, она приедет, он ее с Пашей познакомит, девчонка она красивая. Часа за два работы почти без перекуров все рамы вставили, теперь можно затопить печку и попить вина.
В доме запахло живым духом. Выпили одну бутылку, никого не ждали, в окошко не видели, а ноги чьи-то затопали за дверью. Вот кого не хотел видеть Паша, тот и явился, переступал порог, пригнувшись обфураженной головой в невысоком проеме, Кашкаров.
Подобное уже было. Виток спирали, но другой уровень, жизнь – пружина. Без «здрасте» и предисловий.
— До меня дошла информация, что ты, Зотов, решил поселиться в этом доме. А ты у меня разрешения испросил?
— Гражданин капитан…
— Я вижу, вы пьете. Притон решили устроить подальше от моих глаз.
Ба, да гражданин капитан-то, оказывается прилично «под мухой».
— Выслушайте, капитан. Я обязательно испрощу ваше разрешение, а пока немного ремонтирую дом. Вот рамы новые поставили.
Кто тебя за язык тянул про рамы рассказывать, не мог язык прокусить нечаянно.
