Ну, наконец, четвертый раз перекантовали матушку, на место положили. Растревожили больной организм, закровила сильно нога, закапало. Перевязка, в курилке пусто, ночь давно, спят все. Потом мать металась от боли по подушке головой, уколы. На исходе ночи мама утихла, Пашка брякнулся головой об сон, на полтора часа.
∗ ∗ ∗ ∗ ∗
– Слушай, я тебе што, не по-русски говорю? Потом придешь, иди отсюда.
– Да мне край надо с Пашей поговорить.
– Спит он.
– Обед давно кончился, какой сон?
– У него мать в больнице, ей ногу отрезали, он три недели ночами там дежурит. Сколько раз замечал, стоит курит, голову к чему-нибудь прислонит и спит. Так что иди, попозже приходи.
– Так бы сразу сказал. Я все понял, скажи, зайду потом.
Павел в своем монтажном вагончике, печка топится, он под фуфайкой лежит, разговор разбудил.
– Вот черт бородатый, неужели действительно я стоя спал?
Бригада у него – орлы, беркуты, асы по монтажу труб. Обслуживают трубопровод, качающий с шахты пульпу — уголь в смеси с водой — под большим давлением на обогатительную фабрику. Меняют изношенные куски труб на новые. Сейчас бригада на ЦОФе монтирует новый участок по отметкам. У них своя будка с печкой, здесь обедают, переодеваются и отдыхают.
∗ ∗ ∗ ∗ ∗
«Попал я, как осетр на острогу. Черт возьми, видать, здорово спину пробороздило, болит». Паша висит на трубе метрах в трех под монтажным проемом и раза в три больше высоты до нулевой отметки. Туда посмотреть он не может, оттянутая вверх одежда сжала грудь, придавила шею, спеленала руки. Видно только вдали систему труб, уходящих в перекрытие. Ту, на которую насадился, он постоянно видел. Они работают на 12-й отметке, а она, примерно 57 мм в диаметре под острым углом торчала огрызком с завальцованными краями ниже проема прямо из кирпичной стены. Все же он везунчик. Не будь трубы-спасительницы, гробанулся бы Паша капитально, мог и до смерти. И не видя знает, что на нулевой отметке бетон, обрезки труб, вполне хватит для приготовления фарша из живого мяса.
«Все спешка, спешка. Хотел же ограждение выставить. Вот виси теперь. Догадались бы веревку опустить, а как иначе сниматься? Не леса же городить».
Последний час до конца смены дорабатывали, Паша подрезал трубу резаком, готовил стык, труба диаметром 377 мм, толстостенная, надо срезать все выступы, потом легче варить. Потом прихватят сваркой отвод — и на сегодня все. Завтра тельфером поднимут трубную плеть и состыкуют с подготовленной. Он работал в полуметре от проема, ну, может, чуть ближе. Привычная работа и он обычно внимателен. Резал самый низ, переступил, вставая удобнее, пламя резака коснулось места реза, хлопок — и с ноготь красный комочек металла летит прямиком за пазуху. Куда деваться, поневоле отшагнешь в сторону, а в стороне пустота, ладно хоть резак бросил, вот бы с работающим бензорезом и прилетел на отросток этот. Сопли бы им кипятил, чтоб не висели длинными, твердеющими на холоде, прядями. Холодает к вечеру, а верхонки упали.
