Книги

Высвет… лики, лица, ….

Значит, приехали молодые в райцентр на шарабане (тарахтелка такая конная), супруг оставил супругу на квартире у родственников Маши, где они сговорились снимать комнату, пошёл по делам. Маша поскучала и надумала прогуляться, давно не была в Кородеево. Она здесь училась в интернате: школы тогда в их деревне не было. С учёбой не заладилось, и не то, чтобы науки не давались, угнетала оторванность от родных, чужие люди, насмешки. Жалилась отцу: «Тятя, забери меня отсюда, мордва обижает». Тятя, восковый тятя с васильковыми глазами, махнул рукой: «Хватит девке и четырёх классов». С тех мор ни разу сюда не вырвалась. А тут, бают, диво построили – дорогу из чистого железа, хоть глазочком глянуть страсть как охота. Ходила, вспоминала. Много изменений: какие- то постройки появились, дома новые, райцентр разросся, а никакой железной дороги нету. Пришла в дом расстроенная, Фёдор вернулся, ждал её.

«Ты где была?»

«Ходила железную дорогу смотреть».

«Посмотрела?»

«Да нет, нету нигде её».

У Феди глаза стали знаками вопроса. «Погоди, ты где была?»

«Там-то и там-то».

«Так ты её дважды переходила!»

«Кого?»

«Дорогу железную».

«Да ничего я не переходила».

Федя забеспокоился всерьёз, уж не заболела ли жена. Когда же выяснилось, что Маша думала увидеть листы железа, тянущиеся до горизонта, и катящего по ним паровоз в виде большой телеги, Фёдора Ивановича смех изогнул в дугу. Прибежали испуганные родственники, уяснив причину шума, хохотали до спазм в животе. Глядя на них, и Маша не устояла.

Долго Фёдор подкузьмивал жену: «Пойдём железную дорогу смотреть».

Работать Конов пошёл в депо составителем. Маша пока сидела дома.

Закатилась жизнь в войну

Накатился год Великой Войны. Морозы стояли ту зиму трескольдовые. Машу взяли в деповскую столовую помощником повара, дак навык был —   в колхозе на стане полевом кашеварила —  ничего, ели —  нахваливали. Теперь реже стала бегать в Усть-Пазнас. Скучала по дому, а пробечь молодым ножкам те гаковые вёрсты —  дело плёвое. Отвьюжилея февраль, а в марте у Фёдора опять пересечка с бедой вышла. Работа составителя опасна —  постоянно движущиеся вагоны. Допустил промашку Фёдор, цапнул его вагон, потащил по снегу и щебёнке, норовя подмять под себя, к колёсам.

Об авторе

Виктор Коняев

Новокузнецкий прозаик, публицист.