Из шкафа-купе в коридоре достал простыню и мягкой шерсти дымчатого цвета одеяло, подушечка всегда лежала на диване.
Приготовив постель, Пахомыч пошел на кухню покурить и разобраться в себе, потому что ощущал неясное раздражение. Причину он нашел быстро. Сломались его планы на вечер, он собирался посидеть над статьей в военно-исторический журнал и вдруг все резко меняется. В его привычное уединение ворвалась какая-то хамоватая девчонка, и надо что-то делать для нее, что-то говорить, чем-то поступаться.
Значит, в нем самом начала оказывать сопротивление животная, эгоистическая природа человеческой личности, чьи интересы ограничены созданием условий для комфортного существования физического тела.
Сломать это сопротивление может только дух человека. А что дух, способный подавить в человеке все низкое и подлое, может родиться только из православия – это Пахомыч усвоил твердо.
Усвоить-то усвоил, теоретически, а вот претворять теорию в реальные дела, оказывается, дело очень нелегкое. Но надо.
«Негоже так, раз уж позвал девчонку, так помоги, чем сможешь. Ей явно не додано тепла родственного, возмести хоть сколь осилишь.
Тем более, она же мне кого-то напомнила. Ее взгляд в магазине!
Где, когда, у кого я такой видел!? Старею, память становится дырявая».
— Пахомыч, об чем задумался?
Ленка шла от ванной к кухне. Ночнушка, конечно, была великовата, но не сказать, чтобы совсем как на пугале, даже обозначились какие-то фигушки там, где у женщин торчат кочки.
Порозовевшие щечки, взлохмаченные влажные волосы и косточки маленьких узких ступней с остаточными пятнами красного лака.
— Ты че ж, ногти на ногах красила?
— А, так, баловалась.
— А че тапки не одела, я ж тебе давал и иди расчешись, на полке в коридоре расческа.
Когда Пахомыч зашел в комнату, Лена сидела на диване причесанная и вертела в руках пульт от большого плоского телевизора, стоящего как раз напротив дивана у противоположной стены на специальной тумбочке между посудной горкой и комодом, компьютер в самом углу у окна ее почему-то не привлек.
— Пахомыч, а можно я посмотрю телик?
— Ты же хотела увалиться спать?
— Да я маленько.
— Знаю я это маленько, да там и смотреть-то неча, одни развлекухи, давай, давай, угомоняйся.
