Значит, рапорт закончился, лица младшего начальствующего состава были не в сияньи улыбок после дранья, пора тикать отсель работягам на свое рабочее место. Пахомыч, а следом Леня плавненько «выцедились» из слесарки. Стас остался с начальниками обсуждать ближайшие производственные задачи.
… У Пахомыча настроение испорченное после неприятного разговора. Сначала он бурчал себе под нос: «Я-то думал, Стас умнее, умеет размышлять и сравнивать, а он такой же плебей духа, как и многие щас в стране. Нет, это ж надо, до чего договорился, СССР – фашистское государство! Вот так наш народ уже разложили, подготовили почву, скоро «натовцы» придут и найдется немало тех, кто встретит их цветами, а большинству будет без разницы, какой флаг над Кремлем, лишь бы зарплату вовремя платили и сериалы по телеку крутили.»
Потом стал на Леньку наседать, высказывать ему неопровержимые доводы в пользу того, что Стас малость свихнулся, неумеренно смотря антисоветские сериалы. Леня отшучивался, демонстрируя в широком раздвиге улыбки широкие же бреши в жевательном аппарате.
Леньку тоже «не колышет» тема государственных флагов, своих забот полон малозубый рот.
До обеда они втроем занимались восстановлением ограждения, но работа не способствовала рассеянью мутной взвеси, обволокшей душу.
Обедал чаще Пахомыч у себя в насосной тем, что приносил из дому, хотя у него, как и у всех работников комбината, имелась социальная карточка, на которую ему каждую смену поступало сорок рублей.
Он раз в неделю ходил в столовую и наедался на целую сотню, еще и с собой прихватывал котлетку с парой пирожков, на полдник, как он называл перекус в конце смены.
Сегодня он в столовую не пойдет, в его маленькой комнатке-слесарке на батарее отопления стоит пол-литровая банка с картофельным пюре и двумя котлетами, согревается, а в углу насосной, у дырки, в которую, крадучись, втекает струйка нетеплого осеннего воздуха, ждет жестяно-негибкая бумажная коробка кефира, обед куда с добром
«Конопляночка нажарила котлет, научилась».
Стоило об ней подумать и вся взболтанная муть моментально, парком с носика чайника, полного закипающей воды, улетучилась без остатка.
После обеда Пахомыч работал у себя, ремонтировал насос, при полном отсутствии запасных частей это с полным основанием он называл лепкой конфетки из дерьма.
* * *
Ему можно выходить позже, через три остановки, так будет ближе к дому, но он всегда выходит на первой по въезде в районе остановке, сразу за тоннелем. Постоянно находились мелкие попутные дела: то сигарет купить, то пополнить счет на мобильнике, да и продукты кой-какие прикупить сподручнее по пути к дому, даже просто пройтись неспешно после трудового дня и то приятно. Нередко встречались знакомые, которых немало завелось за долгие годы жизни в этом районе.
