Роман ладонью провел по джинсам Полины.
- Иди в дом, вымокла вся. Повернулся к Глебу.
- И ты иди.
Полину интересует другое.
- Рома, тут много денег.
- Ну и што, зачем они нам? Зря ты их взяла.
- Ну как зачем? Деньги разве бывают лишними?
- Бывают, ещё как бывают. Иди в дом, простудишься.
- А ты?
- Да надо посмотреть, што с парнем.
- Тебе это надо? Полежит и встанет.
- Иди, иди.
Подал голос Глеб, до этого молча жавшийся к боку отца.
- Пап, я с тобой.
- Ну, пошли.
Парень пытался встать на четвереньки, одна рука у него тоже в крови, она уже частично смылась талой водой. Роман наклонился к нему, взял его под плечи, куртка скользкая, с неё течет, неудобно, но поднял, поставил лицом к себе.
- Стоять можешь?
Из кровавой каши голос звучит страшно.
- У-у-ди-и, ка-а-зё-ё-л.
Неповреждённый глаз полон ненависти. Парнишка вдруг довольно прытко оттолкнулся от Романа рукой и, неуверенно ставя ноги, пошел назад, туда, откуда его привезли.
Роман крикнул вслед.
- Дурило, не ходи туда, там тебя добьют. Парень вяло махнул рукой.
Глеб спросил: – Пап, он чё, совсем дурак?
- Выходит так, раз идет туда. Но это его выбор.
* * *
После весенних каникул Глеб пошел в новую школу. Все связанные с его переходом хлопоты Полина по настоянию Ро- мана взяла на себя, у ней было больше свободного времени. В конце апреля закончилась бюрократическая волокита, Глеб стал Купавиным и Романовичем.
Двенадцатого апреля наступило Светлое Христово Воскре- сение. Поля постаралась, как могла, правда, её старания ограни- чились покраской яиц, а остальное они вкушали у старых Купа- виных, там было всего вдосталь.
Роман перед поездкой к родителям волновался, неизвест- но было, как старики встретят Глеба, они не могли забыть Машеньку, а мальчишка чужой, но всё прошло великолепно, особенно понравились друг другу дед и внук. Мама вначале была несколько замкнута, сторонилась мальчика, но оттаяла, когда увидела как он восхищённо смотрит на Романа, это её
подкупило. Позвонил Анатолий, поздравил, у него всё нала- живается.
… Второго мая у Полины день рождения, намечали поси- деть вечером, она приехала утром после смены и легла спать. Глебка убежал на улицу.
Роман после обеда включил телевизор, хотел посмотреть новости и увидел страшные кадры из Одессы. К этому шло, к этому вела бесчеловечная сущность национализма, именно из него рождались и колониализм, фашизм и современный амери- канский империализм. Но как ни подготавливай себя, а видеть людей, выпрыгивающих из горящего здания с высоты пято- го-шестого этажа и видеть,
