- люди – это быдло, которое не хо- чет думать и размышлять, а просто повторяет, што ему по те- левизору вдалбливают. Я вам сто раз уже говорил, в девяносто первом году власть захватили ворюги, сейчас они, конешно, несколько облагородились внешне, а внутренне остались теми же. И разве они смогут говорить правду о том, кто всю жизнь был бессребреником и работал только для людей? Он же на- зывал партийных чиновников проклятой кастой и всю свою жизнь боролся с ними. А сейчас во власти дети и внуки тех, кого при нём сажали за хищения и вредительство. И в войну мы без него не победили.
Здесь Саша не выдержал.
- Не загибай, прям один Сталин и победил.
- Не он, а Красная армия, Верховным Главнокомандующим которой он был.
Роман вовремя вспомнил один убедительный довод.
- А я вот щас тебе приведу слова человека, который не имел ни малейших оснований любить Сталина, однако честно сказал о нём в конце войны. А ты догадайся, кто это.
- Ну давай.
- «Любой другой народ после сокрушительных ударов, по- лученных в сорок первом – сорок втором годах, вне всякого со- мнения, оказался бы сломленным. Если с Россией этого не слу- чилось, то своей победой русский народ обязан только железной твёрдости этого человека, несгибаемая воля и героизм которого призвали и привели народ к продолжению сопротивления».
Поначалу ироничная улыбка Саши становилась натянутой.
- Ну и кто это так о нём сказал?
- Гитлер!
- Прямо сам Гитлер? А ты откуда это взял?
- Из дневников Риббентропа, министра иностранных дел Германии в войну, он записывал для истории беседы с фюрером. И ещё там есть слова о Сталине, как о единственном мировом лидере, достойном уважения противника, которого по военным и политическим качествам он ставил намного выше Рузвельта и Черчилля.
Долгов не успел ответить, хотя собирался, – влетел Толян.
- Ну чё сидите, там белые каски какие-то маячат внизу.
… На участке охлаждения стен нет, одна крыша, здесь кру-
гом рыжая пыль, которую противный ветерок выметает из-под конвейеров.
Роман с Анатолием поднялись на самый верх, Сергея Рома оставил внизу, наблюдать, чтобы к месту сброса никто не подо- шёл. Нарушал Роман Купавин, причём грубо, принятые ныне нормы безопасности. Надо было внизу огородить бело-красной лентой место, куда он хотел скинуть ленту, да и вообще нужно было резать её на мелкие куски и относить в мусорную яму. Но хотелось поскорее закончить неприятную работу и уйти в свой, более-менее тёплый корпус.
Вдвоем подтянули тяжелую резину к месту, где наметили её бросать.
Роман глянул вниз, увидел Сергея, махнул ему рукой, что- бы отошёл подальше.
Перекинули край широкой, полуметровой ленты через ограждение и начали подтягивать весь
