— Здорово, Серега.
— Здорово, здорово.
Прошёл, купил кружку, подсел.
— О, у тебя рыбка, можно?
— Бери.
— Слушай Серега, ты всё по шабашкам крутишься?
— Тебе шибко интересно?
— Да нет, я тебе помочь хочу.
— Это чем же?
— Знакомый есть один, он тоже всякие разные работы делает, ему хороший сварной нужен. Я ему про тебя рассказал, он хочет познакомиться.
— Что за мужик?
— Нормальный мужик, инженер по образованию, он все бумажные дела знает, и калымы у него есть, сварной ему край нужен.
— А твой какой интерес?
— Он мне обещал пузырь накатить, если сварщика найду. Так дать адресок, он сейчас должен дома быть?
— Ну, давай, может, зайду, пообщаюсь. Зашёл по адресу тем же вечером, от хорошего калыма кто же отказывался и напарник нужен.
Пообщались, образованный действительно человек Семён, сыны – погодки, взрослые и улыбчивые, похожие, как близнецы. Одна только деталь не понравилась, Семён в моменты обдумывания чего-либо далеко выпячивал нижнюю губу, так сидел, потом, спохватившись, выравнивал губы. Не знамо почему, не понравилось это Сергею, но следом сам себя и укорил за брезгливость воспитанницы пансиона благородных девиц.
Начали работать вдвоём, обоим выгодно, можно брать большие объёмы.
* * * * *
Предвесенье унюхивалось в воздухе февраля, в конце его, оттаявшем после недельных морозов. И ноздри, как у зверя раздуваются, и кровь могучими приливами топит сердце, понуждая биться сильно и гулко. Тем талым вечером Сергей ехал из центра города в своё дальний район рейсовой маршруткой. Обыденно полон автобус в конце дня идущий в новую, преимущественно ночевательную административную часть города. Народишко входит, выходит, толкается, ругается. В автобусе воздух другой, ноздри приопали, сердце в режиме покоя. В свои думки упёрся Сергей, кантует их по мозговым извилинам, без внимания на внешние раздражители.
«Простите» — толчок, его немного развернуло, кто-то плотно вжимается по всей лицевой длине тела, а голова у него в сторону, к окну, по инерции «Да ничего». И разряд от кадыка потёк в ступни ног, заныла больная и жарко им. Он голову не успел повернуть, а мужское отреагировало на женский голос и на близость невозможную.
