— Замуж? За кого это?
— Есть у меня человек один.
Хотя, нет, не пойдёт, он тоже ревнивец.
— Не надо мне ревнивца, один уже есть. А что это за человек?
Товарищ твой, он молодой?
— Да нет, это не пойдёт. Я просто подумал, что если ты выйдешь замуж и уедешь в другой район, Федька отстанет от тебя. Но тогда встречаться нам будет затруднительно, да и спать с женой товарища я не смогу. Всё, замяли эту тему.
Будем думать, давай-ка собираться, поздно уже.
Доехали, Дмитрий проводил немножко Люду, до дому она не позволила, боясь возможной встречи с Фёдором.
Домой шёл пешком, вроде вечернего моциона, а больше для обдумывания непростой ситуации, в которой оказался.
«Это што же за строй мы состряпали, што за общество сформировалось, если молодые пареньки не в зоне, где баб нет, а на свободе, где за несколько сотен можно снять молодую деваху, становятся гомосеками?
Римская империя времён заката, тогда тоже процветали извращения. Один в один поздний Рим. И неизбежная гибель великой цивилизации.
Чума пришла в Россию, чума, а у нас пир в разгаре!
И я на том пиру ухватываю свой сладкий кусок. От безысходности она кинулась ко мне в объятья, от неё, проклятой.
Горчее мне вдвойне от того, что я ясно вижу гибельность пути, на который сволокли народ наш, втройне горячее от осознанного грехопадения, от потворства и участия в блуде. В чумном пиру я добровольно пью свой кубок.
… Высоконько меня в мыслях занесло, брякнусь, кости далеко раскидает.
Может, всё же познакомить её с Робкой? Сладится если у них, я уйду в сторону. Вот в это сам не верю. Такая дивчина, как говорится «мила, пригожа, в постель мне гожа», да ни вжисть я от неё не откажусь добровольно.
А она как посмотрит на него жрущего, так меня же и укорит за женишка. Ладно, жизнь покажет.
∗ ∗ ∗ ∗ ∗
Время шло и шло, для августа оно прошло, осень вступала в права владения.
На работе у Дмитрия и Робки всё нормально, как только и должно быть на огромном металлургическом комбинате при втрое — вчетверо оптимизированной численности персонала под мудрым управлением уважаемых хозяев, некомпетентных прохиндеев, из закордонного рая.
Робка рысачит по реальным и виртуальным пространствам, ища дам и девиц, ища и находя, знакомясь и расставаясь, влюбляясь и разочаровываясь, полня этой суетой свою скудную на события жизнь.
Димыч много удачливее своего молодого товарища. Они с Людой регулярно раз, а то два в неделю встречаются в однокомнатной пустующей квартирке её родственницы.
Однако встречи, для обоих тревожно – радостные, первооснову, ещё и углубляющуюся, имели разную.
Людочка страстностью, юным неистовством одерживала победу естества природы над безумными вывертами человеческой психики, для неё акт физической близости возводился в жизнеутверждающий принцип.
